Накануне юбилея Ирина Розанова побывала в Ясной Поляне, где мечтала бы работать

А пригласили Ирину на исторический сеновал, где в дни театрального фестиваля «Толстой» обустроили кинозал. Сидишь в нем на пеньке или брикете соломы, вдыхаешь ароматы сена и травы, смотришь кино.

Вспомнилось, как в молодые годы в начале 90-х Ирина Розанова играла Панночку в спектакле по пьесе Нины Садур в подвале Театра-студии «Человек». Она там прыгала по соломе, которой покрыли пол, все время издавала странные звуки и была необыкновенно хороша.

Когда уже вместе с Сергеем Женовачем, поставившим «Панночку», она перешла в Театр на Малой Бронной и там мы встретились в ее гримерке, Ирина рассказала, как нашла своего режиссера. После ГИТИСа она работала в Театре им. Вл.Маяковского и на кухне коммунальной квартиры на Большой Бронной познакомилась с Женовачем. Там же он прочитал ей пьесу Садур и предложил роль ведьмы Панночки.

В программе яснополянского кинозала на сене удивительным образом оказались два фильма Николая Досталя: «Облако-рай» 1990 года и «Коля — перекати поле», вышедший спустя 15 лет, где Розанова снималась. Казалось бы, какое отношение они имеют к Толстому. А сходство — в вечном стремлении человека куда-то уйти, уехать в новую и лучшую жизнь. Ирина Розанова и приехала представлять эти фильмы.  

«Облако-рай» с годами становится только прекраснее, и работа Ирины Розановой в нем изумительна. Она была молода, стремительно поднималась ввысь, играла в спектаклях, на которые буквально ломилась театральная Москва, снималась у самых актуальных тогда режиссеров, часто играла кустодиевских красавиц из народа, а ситуация в кинематографе тогда была запредельная.

За «Облако-рай» Розанову отметили призом «Звезды завтрашнего дня» на фестивале молодых актеров в Женеве. Фильм также наградили на одном из главных фестивалей мира в Локарно. На экране ее нарядная Валя возвышается как каланча над мелким народцем, когда они гуртом идут провожать молодого земляка Кольку в дальнюю дорогу, к неведомому другу. Провожают так, словно уезжает навсегда. Валя надевает лучший наряд, рада, что хоть кто-то вырвался из их унылого городка. Неважно, что Коля все выдумал и ехать ему абсолютно некуда и не к кому, но пути назад нет. Признайся он в этом — разорвали бы на куски.  

С кинорежиссером Бахтиером Худойназаровым Фото: Геннадий Авраменко

— Я рада, что возник интерес к нашей картине, которая снималась очень давно, — сказала Ирина Розанова. — Мы как раз недавно говорили с Сережей Баталовым о том, что кто же мог знать, что «Облако-рай», где мы снимались молодыми, станет так интересен многим людям.  

Нас мало осталось из большого состава. С Сергеем Баталовым и Андреем Жигаловым, который сыграл Колю, мы общаемся, постоянно созваниваемся. Андрей живет на Майорке. Какое-то провидение! Я не говорила ему, что еду на фестиваль и буду представлять нашу картину. Думала, что уже из Ясной Поляны пришлю видео. И вдруг вчера, накануне показа, Андрей присылает песню на английском языке. Он же давно живет за границей. Все песни, которые звучат в нашем фильме, тоже сочинил Андрей.

«Облако-рай» создавалось большими художниками в творческом объединении Георгия Данелии. Пьеса, из которой сделали сценарий, шла в «Табакерке», где главного героя играл Евгений Миронов. Он должен был и в фильме сниматься, но, как это бывает в кино, что-то изменилось. Данелия сказал Досталю: «Ты попробуй вот этого клоуна». А Андрей Жигалов действительно клоун, много гастролировал за границей. Когда мы снимали «Облако-рай», он приезжал к нам из Берлина, где в то время жил. А кино и клоун — это сложно; но он был не просто клоуном. Так что Андрея попробовали на главную роль благодаря Данелии. В этой картине он главный герой. Не было бы Андрюшки, не было бы этих двух картин. Он романтик, очень трогательный человек. Его песня «Облако-рай», которую мы там все поем и так полюбили, стала камертоном фильма. Команда у нас была отличная: Лев Борисов, Вова Толоконников... Мы были как семья. «Колю — перекати поле» сняли через 15 лет, и все были живы и здоровы. Я не сравнивала бы эти картины. Они связаны героями, событиями, одной линией тоски, которая все определяет, но при этом очень разные.

Не знаю, что делала в этой картине. Я просто в тот период очень была влюблена. У меня был такой страстный роман, что мне и делать ничего было не надо — такая шла энергия. Меня нарядили в сарафан, надели бусы. Я могла просто идти и больше ничего не делать. Серьезно, я не имею никакого отношения к тому, что получилось.

Николай Николаевич Досталь был особенным режиссером. Я ему как-то на площадке сказала: «Вы не ДОсталь, вы ДостАль». Он на меня обиделся. Очень был дотошный, перфекционист. Его прекрасная жена Женечка художник по костюмам. Они были людьми одного вкуса, понимания жизни и мира. И все равно он проверял каждую пуговку и строчку. Такая ли она, какой должна быть. Настолько он был тонким человеком и фильмов снял немало хороших. И тоже совсем недавно ушел.  

С Аленом Делоном. Фото: Геннадий Авраменко

Это была наша молодость, и это было круто. Меня поразило, когда через 15 лет мы приехали в Петрозаводск к тому же самому дому, где снимали «Облако-рай», и он как стоял, так и стоит, такой же линялый, словно синька, смытая дождями. Из подъездов маленькой хрущевки выходили уже другие Вали и другие Феди, замученные тоской по «настоящей» жизни. Помните белобрысого мальчика на велосипеде в «Облаке-рай»? Он трагически погиб.

В 2006-м за «Колю — перекати поле» Ирину Розанову вместе с Сергеем Баталовым, сыгравшим в обоих фильмах ее мужа Федю, наградили кинопремией «Ника» за лучшие роли второго плана. Недавно в разговоре с Сергеем Баталовым выяснилось, что накануне церемонии позвонила Розанова и сказала, что не пойдет на «Нику». Зачем? Все равно ничего они там не получат. Сергей поддался ее настроению, отдал друзьям свои пригласительные. И вдруг опять звонок Розановой: «А давай пойдем!». «Как пойдем? Билетов-то у меня уже нет», — ответил Сергей. По счастью, Ирина свои еще не успела никому передать. Так что статуэтки «Ники» они торжественно получили.

В Ясной Поляне спросила у Ирины, не показалось ли ей странным приглашение сюда с картинами Досталя? Казалось бы, какая тут связь с Толстым?

— Я снималась у Стаси Толстой, супруги Ивана Толстого, в замечательной картине «Семейное счастье». Давно таких не видела. И сама Стася невероятная красавица. Думаю, ее многие артистки недолюбливают за это. Сергей Соловьев, как я понимаю, направил ее в режиссуру, и она сняла невероятную картину. Я «Семейное счастье» обожаю. Казалось бы, что уже можно снять? Все мы уже всё видели. Но сцены с Евгением Цыгановым настолько чувственно сняты, и с Владиславом Ценевым тоже…

Мы были в ноябре в Ясной Поляне на показе «Семейного счастья», и таким образом я узнала семью Толстых, которая меня пригласила на фестиваль. Я теперь каждый год буду сюда приезжать и работать, очень хочу встречать гостей и водить электрокар.  

У меня ведь скоро 6 и 5 (имеется в виду 65-летие. – С.Х.). С мамой, которая была большая актриса, я бы даже сказала трагическая, я прошла все ее юбилеи. Но она была Актриса-Актриса. Это я к датам и званиям отношусь по-другому. Мама играла со Смоктуновским, Лановым, со всеми, кто приезжал в Рязанский драматический театр, где она работала.

...С Ириной в Ясную Поляну приехали племянницы, их дети, которых она опекает. С ними она и отметит свой юбилей без фанфар.

— Пусть порадуются, посмотрят, — говорит она. — Так мало осталось мест силы. Это понятно в моем возрасте, когда есть уже какой-то опыт. Я снималась много в самых разных фильмах и местах: в Домике Петра, недавно в Музее Станиславского… Иногда хочется выскочить, поскорее прийти домой, встать под душ, чтобы смыть с себя все ненужное. Я очень чутко чувствую такие вещи. А вот в Ясную Поляну мне так захотелось вернуться! Я мечтаю, чтобы моя могила была как у Льва Толстого.

Удивительное для актрисы свойство есть у Ирины Розановой. Она не зациклена на себе, в основном говорит про своих коллег, умеет восторгаться их талантом. Это исключительный случай в ее профессии.

В Ясной Поляне Ирина показала нам послание Андрея Жигалова с Майорки: «Завидую вам, что вы в Ясной Поляне. Наверное, это место, где можно ходить босиком и понимать, что ходишь по тем местам, где ходил Лев Николаевич. Спасибо Ирочке Розановой. Она душа-человек. У нее большое сердце».